Отказ в пояснениях ФНС: штраф по ст. 126 НК РФ и позиция ВС

Верховный Суд поддержал штраф налоговому агенту за отказ представить документы при камералке РСВ. Разбор дела, риски и как оспорить требование инспекции.

Анонс проблемы

Письмо упало в личный кабинет налогоплательщика в четверг вечером. Требование о представлении пояснений по расчету страховых взносов. Бухгалтер решила: подождет до понедельника, там разберемся. Разбирались потом восемь месяцев — в трех судебных инстанциях. Итог зафиксирован в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2026), утвержденном Постановлением Президиума ВС РФ от 25.03.2026 № 5А/2026. Компания заплатила штраф, но не тот, что рассчитывала избежать — и не тот, что насчитала инспекция первоначально. Обзор судебной практики ВС РФ № 1 (2026) утвержден Постановлением Президиума ВС РФ от 25.03.2026 № 5А/2026.

Ситуация

Рассмотрим модельный сценарий на основе реального дела из обзора. Условная компания ООО «ТехноСнаб-Юг» из Ростова-на-Дону торгует оптом стройматериалами. Штат — 47 человек, выручка около 340 млн рублей в год. Обычная камералка по расчету страховых взносов (РСВ) за первый квартал.

Главный бухгалтер Марина Соколова увидела требование в личном кабинете налогоплательщика утром во вторник. Инспекция просила пояснить расхождения в базе для начисления взносов — это стандартная процедура при камеральной проверке РСВ. Но список документов оказался длиннее ожидаемого.

ИФНС запросила не только расчеты по спорным начислениям в рамках истребования документов. В требовании были трудовые договоры на всех 47 сотрудников, штатное расписание за два года, приказы о премировании, локальные акты по оплате труда. Общий объем — несколько сотен листов.

Марина разложила требование на столе и позвонила директору.

• Тут просят вообще все, — сказала она. — Договоры, приказы, штатку за два года.
• А зачем им штатка, если вопрос по одному кварталу? — спросил директор.
• Вот и я думаю, — ответила бухгалтер. — Может, перебдели.

Директор вызвал юриста компании — в штате был один, занимался в основном договорной работой, но налоговые споры тоже вел. Юрист разложил требование на две части. Первая — пояснения по конкретным расхождениям, которые инспекция реально нашла при сверке базы взносов. Вторая — общий массив кадровых документов, впрямую не привязанный к найденным ошибкам.

• Молчать нельзя, — сказал юрист. — Но тащить туда все подряд мы не обязаны.

Он сослался на п. 7 ст. 88 НК РФ: при камеральной проверке инспекция не вправе истребовать дополнительные документы, если это не предусмотрено прямо этой статьей или не связано с выявленными ошибками и противоречиями. Камералка — не выездная проверка, у нее уже урезанные полномочия по закону.

Компания подготовила частичный ответ. По расхождениям в базе взносов — пояснения и расчеты, как просили. По остальному — письменный отказ со ссылкой на п. 7 ст. 88 НК РФ, с формулировкой, что документы не относятся напрямую к предмету камеральной проверки.

Инспекция такой подход не приняла. Через месяц компания получила акт — привлечение к ответственности по ст. 126 НК РФ за непредставление документов. Штраф рассчитали по всему объему запрошенных материалов — и по кадровым документам, и по пояснениям. Сумма вышла на 260 000 рублей: по 200 рублей за каждый непредставленный документ, а в счет пошло почти все, что перечислялось в требовании построчно. При камеральной проверке РСВ инспекция вправе истребовать документы только по прямому основанию из ст. 88 НК РФ или в связи с найденными ошибками.

Разбор по инстанциям

Компания пошла в суд. Первая инстанция инспекцию поддержала полностью. Логика судьи была простой: раз требование пришло в рамках камералки, значит, реагировать нужно было на весь объем целиком, а не выбирать, что отдавать. Апелляция засилила решение — те же аргументы, тот же результат.

• Мы же частично ответили, — недоумевала Марина на совещании с юристом после апелляции. — А штраф как будто мы вообще ничего не давали.
• Суды посчитали, что раз отказ был, значит, нарушение состоялось целиком, — объяснил юрист. — Пойдем в кассацию, там другая практика по 88-й статье.

Кассация — окружной суд — взглянула на дело иначе. Судьи разобрали требование инспекции по частям и признали: истребование кадровых документов, не связанных с выявленными расхождениями, прямо противоречит п. 7 ст. 88 НК РФ. В этой части отказ компании был законным, штраф за нее снять.

Но окружной суд не отменил решение полностью. Осталась часть требования, которая была законной — пояснения и подтверждающие расчеты по найденным расхождениям в базе взносов. Их компания тоже не представила в полном объеме, ограничившись общими формулировками. За эту часть штраф оставили.

Дело дошло до Верховного Суда, и разбор попал в Обзор судебной практики № 1 (2026) от 25.03.2026. Верховный Суд подтвердил подход окружного суда: сам факт частичного отказа не освобождает от ответственности автоматически, если требование инспекции было смешанным — частично законным, частично избыточным.

Суд разделил истребованные документы на две категории. Первая — документы, прямо связанные с выявленными в РСВ расхождениями: их истребование законно даже при камералке, и непредставление образует состав по ст. 126 НК РФ. Вторая — документы, не имеющие отношения к найденным ошибкам: их истребование незаконно по п. 7 ст. 88 НК РФ, и отказ в этой части правомерен.

Что это значит для бизнеса на практике

Отношения с инспекцией после этого дела не улучшились. Как отмечают практики, работавшие с похожими спорами, после таких разбирательств инспекция обычно берет компанию на более плотный контроль — каждая следующая камералка сопровождается расширенным набором вопросов и более пристальной сверкой отчетности.

Экономика спора здесь показательна отдельно от штрафа. Условная компания сэкономила на разнице штрафов 120 000 рублей, но потратила на юридическое сопровождение трех инстанций, по оценкам практикующих юристов, от 150 000 до 300 000 рублей — в зависимости от ставок представителей и объема подготовленных процессуальных документов. Формальная победа обернулась почти нулевым или отрицательным финансовым результатом. Собственнику стоит закладывать эту математику до похода в суд, а не после получения решения апелляции.

Есть и второй эффект, который редко считают заранее — блокировка операций в период спора. Пока штраф не оспорен и не оплачен, инспекция вправе выставить требование об уплате, а при неисполнении — инициировать взыскание через приостановление операций по счетам в порядке ст. 76 НК РФ. Даже если компания в итоге выигрывает часть спора, на период разбирательства расчетный счет может оказаться под ограничением, что бьет по расчетам с поставщиками и зарплате сильнее, чем сама сумма штрафа.

Есть нюанс, который путает многих при пересказе этого дела. Кейс из Обзора № 1 (2026) касается ст. 126 НК РФ — непредставления документов по требованию при камеральной проверке. Его часто путают со ст. 123 НК РФ, которая регулирует другой состав — неисполнение обязанностей налогового агента, в частности неудержание или неперечисление НДФЛ и взносов в срок. Составы разные: 126-я — про документы и информацию, 123-я — про своевременность и полноту уплаты. Путаница возникает потому, что оба спора формально связаны со страховыми взносами и статусом налогового агента, но механика нарушения и размер санкций различаются принципиально.

По ст. 123 НК РФ штраф считается не за документ, а в процентах от неудержанной или неперечисленной суммы — 20% от суммы, подлежащей удержанию или перечислению. Если бы в модельном примере речь шла именно о недоплате взносов на 340 000 рублей, штраф по 123-й составил бы 68 000 рублей — совсем другая логика расчета, чем поштучный подсчет документов по ст. 126 НК РФ. Смешивать эти два состава при подготовке возражений на акт — типичная ошибка бухгалтеров без узкой налоговой специализации. Штраф по ст. 123 НК РФ составляет 20% от суммы, не удержанной или не перечисленной налоговым агентом в срок.

Выводы и советы

Данные актуальны по состоянию на 11 августа 2026 года. Перед применением проверьте действующую редакцию закона.